24.05.2018
Гостями рубрики «Номер 25» на этот раз стали болельщики ЦСКА с внушительным стажем и верой в команду – это супруги Нина Беклемишева и Андрей Басос…
Номер 25
От папы до племянника
Гостями рубрики «Номер 25» на этот раз стали болельщики ЦСКА с внушительным стажем и верой в команду – это супруги Нина Беклемишева и Андрей Басос – будучи на домашних аренах ЦСКА, обернитесь по сторонам, возможно, ваши места как раз рядом с этой яркой парой. В интервью они рассказывают о любимых выездах, игроках и тренерах, а также жалеют о подаренной счастливой футболке.


Расскажите, как началась ваша история знакомства с ЦСКА?

Андрей: В советские времена я, как и все дети, любил хоккей и футбол. Занимался водным поло, что тогда было экзотикой. Болеть за ЦСКА стал очень давно, мои папа и дед – динамовцы, а жили мы тогда в Тушино, где все поддерживали «Спартак». Когда мне было шесть лет, хоккейное «Динамо» играло с ЦСКА и получило от армейцев по полной программе. Помню, папа тогда очень ругался, кричал, размахивал руками, ведь любимый клуб проиграл. А мне по-детски понравилось, что он так злился, вот и решил быть «против». Так ЦСКА появился в моей жизни. С баскетболом отдельная история: я застал всех великих вживую. Шел 1983 год, тогда сборная СССР выиграла чемпионат мира. Я учился в МАИ, студенческой компанией мы создали футбольную команду, участвовали в разных турнирах. Один из товарищеских матчей проходил в легкоатлетическом манеже ЦСКА. Не помню почему, но собирались мы около УСК ЦСКА. Стоим компанией, ждем оставшихся друзей, смотрим подъезжает «шестерка», а из нее вылезает огромный Ткаченко! К нему подошли Лопатов, молодой Еремин. Следом подлетает «Волга», из нее выходит Папа, и как давай их ругать – уже 15 минут, как они должны были быть на площадке. Конечно, когда вживую посмотрел на легенд, стал интересоваться баскетболом активнее. Студентами нам сложновато было попасть на трибуны, не всегда могли достать билеты. Но репортажи не пропускал.

Нина: Мы с Андреем учились в одном институте, но в разных группах и разного возраста. Тогда у девчонок баскетбол пользовался большой популярностью. Я закончила спортшколу, после мы с подругами даже выбирались на интересные матчи. А где были самые симпатичные мужчины? Естественно, в Литве. Приезжаешь в Каунас, идешь по центральной аллее, все красиво. Первый раз, когда приехали туда посмотреть матч «Жальгириса», играли Сабонис, Хомичюс, Йовайша, Куртинайтис – великие люди. Литовцы – люди, помешанные на баскетболе, каждый из них играл в баскетбол. Действительно, когда шел матч – на улицах было пусто. Каунас – город маленький, поэтому встретить игроков на улицах было несложно. Так мы встретились с Куртинайтисом и Йовайшей. Они с большим желанием общались с болельщиками. Помню, что в то время даже повязку связала с буквой «Ж», выучила литовский язык и почти вышла замуж. Но тут родители отправили меня в Керчь с подружкой, там я познакомилась с Андреем, он сразу рассказал мне, что такое «Жальгирис», и где его место. Больше слово название литовской команды в нашей компании, а позже – в доме, не звучало. Когда в ЦСКА пришел Рамунас Шишкаускас, я была так счастлива: «Он же из «Летувос Ритас», за него можно болеть!». И даже сейчас, когда предлагают полететь в Каунас на выездной матч, отказываюсь.

Андрей: Активно болеть стал с момента образования команды, где всем рулили три «К»: Карасев, Куделин, Кисурин. Ходил несколько раз и на женскую команду ЦСКА, мало кто помнит, что такая была. А ведь молодая Илона Корстин играла именно здесь. Женской дружиной виртуозно руководил Мышкин, выигравший чемпионат пять или шесть раз, а потом команду почему-то распустили. Наша дочь Светлана тренировалась в спортшколе «Глория», а косички ей завязывала Ирина Осипова. Это был выпускной год Ирины, а у нашей Светы – первые зимние сборы.


Считаете себя больше «домашними» болельщиками?

Нина: На «Финалы четырех» стараемся приезжать. Нас не было в Праге и в Афинах. С Мадрида-2008 мы не пропускали.

Андрей: Нас не было и в Москве на «Финале четырех», но я как чувствовал, что ничего хорошего не выйдет. Отчасти хорошо, что дела отвлекли, и пришлось уехать из Москвы.


Удалось избежать нервных срывов.

Андрей: Не совсем. Вспоминая Стамбул-2012, всегда вздрагиваешь.

Нина: Мы на трибунах, кричим, тут я понимаю, что преимущество тает и тает. Чувствую спинным мозгом, сейчас что-то будет. Помню, Леша Клочков к нам поворачивается, показывая на паркет: «Это что?». Я ему: «Хочешь валидол? Могу выдать».

Андрей: Когда команда, еще не доиграв до конца, начинает поздравлять друг друга – жди беды. Фортуна, вероятно, только смеется в этот момент. После свистка ребята убегали, сломя голову, в раздевалку. В центре паркета остались Шишка, Воронцевич и еще один армеец, кажется, молодой Швед или Хряпа.

Нина: Такие моменты не радуют.

Андрей: Знаете, но все же вспоминаю «трешку» Шишкаускаса, которую он не попал в Берлине, как самый драматичный момент. Читал недавно в интервью Рамунаса, что он считает этот бросок самым обидным и запомнившимся моментом в своей баскетбольной карьере. Учитывая все его великие матчи за сборную и против Dream Team в том числе. Говорит: «А ведь тот мяч мог бы вполне залететь».


Как после такого финала, как в Стамбуле-2012, найти силы и прийти в новом сезоне, снова купить абонемент и войти на домашнюю арену?

Нина: Это вера в команду. Нашему племяннику сейчас шесть лет, когда ему было с четыре с половиной года, мы привели его на баскетбол и познакомили с лучшей игрой с мячом. Он в нее верит, как никто.

Андрей: Пусть он еще маленький человек, но уже фанатеет от ЦСКА. Сам берет планшет, открывает официальный сайт, знает наизусть весь состав. Его любимый игрок – Милош Теодосич.

Нина: Мы долго объясняли, почему Милош больше не играет в ЦСКА. В конце концов, пришлось загрузить и показать ему игру НБА, где Тео бегает в составе «Клипперс». Племянник во всю поет «За ЦСКА, за Родину, за веру!», когда марширует в детский сад.


«Заразили» кого-нибудь еще из членов семьи, кроме племянника?

Нина: Дочка Светлана долгое время ходила с нами на баскетбол, ездила с нами на «Финалы четырех». Сейчас окончила медицинский вуз, свободного времени стало немного, плюс она увлеклась лошадьми. Говорит, что будет ЦСКА представлять в другом виде спорта – конном.

Помимо «Финалов четырех» устраиваете выезды с командой в течение сезона?

Андрей: Бывает. Стараемся в начале сезона открывать испанскую визу в Мадриде, Нина не любит Барселону.

Нина: Но как мы в Мадрид с командой ни наведываемся, так проигрываем. В последний раз даже билеты удалось взять почти на паркете, и все равно уступили.

Андрей: В прошлом году нас посадили под потолок, и местные стражи порядка запрещали нам вставать. Чтобы мы не подпрыгивали. Хотя оттуда объективно не видно почти ничего, и встать – чуть ни единственный способ посмотреть баскетбол.


У вас есть какие-то ритуалы или приметы? И как болельщик может помочь команде помимо скандирования?

Андрей: Испробовано на себе, за все время что мы только ни пробовали: носки, трусы, очки, майки, рубашки, красно-синяя обувь, ногти у супруги – с логотипом ЦСКА – ничего не работало! Касаясь обуви, Нине пришлось покупать две пары обуви, она не нашла подругу с таким же размером ноги. Но это надо было видеть: в дорогущем магазине жена надела один туфель красный, другой синий, девушка-консультант подбегает с коробками: «Давайте поменяем и упакуем, как надо», на что Нина отвечает: «Нет-нет! Я все правильно надела, так пойду!» Девушка посмотрела, как на сумасшедшую.

Нина: На «Финале четырех» перед матчем выходим болельщиками вместе с «Базы 25» и запеваем «Десятый батальон» – тогда выигрываем, не спели – проиграли. Хочешь – верь, хочешь – не верь. Еще у меня есть майка Холдена, иногда она спасает.

Андрей: У меня была майка Папаса. Купил еще в то время, когда на него мало кто обращал внимание. Чуть ни сразу после его прихода в ЦСКА с Хацивретасом. Купил, потому что понравился не игрок Тео, а его нос. И вот в Мадриде-2008 в финале турнира надо мной сидел грек – болельщик «Олимпиакоса», который сразу завел со мной диалог и просил продать ему майку Папалукаса. «Оли» тогда стабильно пролетал мимо финалов. Потом этот грек стал торговаться настойчивее. А когда Тео показал свой знаменитый жест – рукой по горлу, так грека было не остановить. С 15 евро он поднял до 300! И то у него больше не было других денег, говорил, мол, готов отдать все, хоть 300 евро, и домой пешком пойду. Когда мы победили, подарил ему майку. Он сказал: «Найду тебя на следующем «Финале четырех», теперь мы точно туда попадем!». И с тех пор у «Олимпиакоса» дела пошли в гору, а я переживал и винил себя за то, что отдал ту майку.


Что заставляет скромную с виду девушку подскакивать на трибунах и кричать во весь голос?

Нина: В обычной жизни таких эмоций не испытываешь, как их описать словами, не знаю, настолько они позитивные. Даже если команда проигрывает. На полтора-два часа все остается за пределами арены, ты в предвкушении, в ожидании, что чудо произойдет. К сожалению, не умею свистеть, но прекрасно улюлюкаю. Синяки на ладошках и сорванный голос – обычное дело, значит, у команды все будет хорошо.


Ваши любимые игроки и тренеры?

Нина: Холден. Сколько ни спрашивают: «Почему?», всегда отвечаю, что такого трудягу еще поискать. Вроде не россиянин, но за ЦСКА был готов биться всегда и в любой ситуации! Гомельский говорил, что игра заканчивается с финальным свистком, вот Холден следовал этому правилу лучше всех. Про тренера так: когда ЦСКА подписал контракт с Итудисом, я была в числе тех, кто быстро побежал «гуглить», кто это, и, честно скажу, бухтела. Спустя пару месяцев тренер стал мне симпатичен, понравился его подход к делу. Понятно, что он тоже учится, допускает ошибки, которые, к примеру, не совершил бы Мессина в силу опыта. Итудис – эмоциональный, живой, не боится брать на себя ответственность и работает с желанием.

Андрей: Поддерживаю. С ним игра становится интересной. Ни в коем случае не умаляю заслуг Мессины. Мой любимый игрок на все времена – Сергей Белов. После – Князь Мышкин, который, несмотря на все «понты», имел несломляемый характер. Был безмерно рад, когда ЦСКА пригласил Мышкина в Мадрид на «Финал четырех», помню, он сидел в кафе на «Базе 25» и общался с Едешко. Мы не упустили возможность, с дочкой подсели к ним. Радостно было его видеть. Из позднего поколения – Шишкаускас, Хайнс – человек-шкаф, гора! Изумляет Де Коло. Помню его ранние годы, где он выходил на паркет мяч подержать, пока Паркер отдыхает. Мне кажется, именно в ЦСКА Нандо раскрылся. Это желание и рвение а-ля «лоб вперед и пошел» дорогого стоят. Парни выходят и бьются за имя ЦСКА, а не за контракты или премиальные. И это видно.

Нина: Сейчас отлично выглядит Никита Курбанов, не знаю, что послужило таким толчком в развитии, может, повзрослел, но смотреть на его игру очень приятно. Он готов выполнять черновую работу, видно желание играть!


Самый дорогой для вас «Финал четырех»?

Нина: Мадрид-2008.

Андрей: И последний Берлин! Мадрид тот запомнился по всем статьям. Тогда ведь Евролига решила поиграть в коммерциализацию. Покупая билет на «Ф4», ты приобретал пакет услуг: гостиница, самолет и билет на игры.

Нина: У нас был совершенно чумовой рейс: армейский чартер, наполненный болельщиками, львиная доля которых приходилась на футбольных фанов. Нас кормили каждый час, лишь бы мы не вставали и не ходили по самолету. Приземлялся чартер в Вальядолиде – это 4 часа на автобусе до Мадрида, а управились мы за 6 часов, так как по дороге развозили всех по отелям.

Андрей: В Вальядолиде нас встречает маленький аэропорт – избушка в поле, в которой на таможне стоит дедуля лет шестидесяти. Он вальяжно открывает первый паспорт, спрашивает, мол, вы куда? Далее второй паспорт. На одного пассажира уходило три минуты. Так человек 20 прошло. После толпа не выдержала и стала скандировать кричалки, все обвешаны конями игрушечными, флагами, шарфами. Дед стал кричать, мол, прекратите хулиганить, сейчас никого не пущу. Потом поднял глаза, увидев, что впереди таких полторы сотни, и попросил всех разом сразу открывать пустую страницу. И штампы полетели: хоп-хоп-хоп. Это было очень смешно.

Нина: Тогда в финале мы победили, а ночью уже был самолет обратно. Собрались все по автобусам – снова 4 часа, добрались до Вальядолида.

Андрей: Там картина маслом: аэропорт закрыт. Самолет тоже закрыт на замок. Тут же у входа стоит экипаж, который уже минут 40 пытается попасть на аэродром, чтобы прогреть самолет и подготовить все необходимое к полету.


Как нужно болеть за ЦСКА, есть совет начинающим болельщикам клуба?

Нина: Научить этому нельзя, болеть нужно душой. Команда не может постоянно выигрывать, так же как человек не может все делать хорошо и правильно. Нельзя болеть только потому, что клуб выигрывает.

Андрей: Мяч-то круглый. Зато, когда команда побеждает, эмоции сравнить ни с чем нельзя.

Нина: Хочу отдельно отметить, что руководство нашего клуба стало прислушиваться к болельщикам, наконец-то группа поддержки стала нравиться, их танцы стали нескучными, интересными, проходит отличное шоу в перерывах – поцелуйчики, танцы. Молодежь это привлекает.

Комментарии

Пожалуйста авторизируйтесь для того чтобы отправить комментарий

Рекомендуем также